16/10/2017
Международные конфликты продолжают возникать, в том числе принимая форму войн. Россия также продолжает участвовать в локальных конфликтах; кроме того, она все больше ощущает себя противостоящей Западу
Комментарий Алексея Макаркина:
Если говорить о России, то здесь своя проблема. Страны Европы отказывались от войн, когда их принимали в Евросоюз. Но их принимали не только в Евросоюз, а еще и в НАТО (а НАТО также основывалось на том, что надо избежать конфликтов между членами Альянса, надо, чтобы Венгрия с Румынией не воевали, Румыния - с Болгарией, тем более, что был трагический опыт распада Югославии, когда шла большая война). И возник вопрос о том, что этот западный мир может предложить России, какую роль отведет ей.
В 1990-е годы Россия, по сути, рассчитывала на роль региональной державы - то есть державы с определенной сферой влияния, которая включала бы в себя бывшее советское пространство (за исключением Прибалтики). И в первое время Западу, в общем, было не до этого пространства - ему бы разобраться было с бывшими странами Варшавского договора, понять, что с ними делать. Что делать, чтобы там не пришли к власти какие-нибудь опасные популисты? Потому что, допустим, в Польше выборы 1990-го года привели к тому, что второе место занял популист. Это рассматривалось как угроза, и Запад, по сути, давал понять в то время, что у России на территории СНГ может быть эксклюзивная роль.
По крайней мере, когда были конфликты в Абхазии, Приднестровье, Южной Осетии, Запад России не мешал. Тем более, что существовало тогда представление о том, что Россия - такая новая демократия. А раз так, то надо поддерживать того политика, который на Западе связывался с этой демократией (этим политиком был Борис Ельцин). И если, например, российские войска вмешиваются в приднестровский конфликт на стороне Приднестровья, то нельзя как-то придираться к Борису Ельцину. Потому что если сейчас начнешь на него давить, придут к власти какие-нибудь совсем реваншисты. А он, понятно, не собирался восстанавливать СССР.
То есть тогда критерием поддержки для Запада был вопрос, хочет ли политик восстанавливать СССР. Если нет - то ладно. Но дело в том, что еще при Ельцине Запад начал настаивать на том, что у России ее эксклюзивной роли больше нет. Запад стал требовать, чтобы Россия ушла из Приднестровья, убрала свои военные базы с территории Грузии (кстати, с Грузией это получилось в конце концов). И к концу 1990-х годов стали давать понять, что у России такой «имперской» роли быть не может, что надо с этим заканчивать.
И в то же время в самой России нарастало явное разочарованием тем, что получилось внутри страны и какова ее роль на международной арене. В результате усилилось ощущение, что необходим в каком-то виде реванш - конечно, не восстановление СССР, но, по крайней мере, какой-то интеграционный процесс. А интеграционный процесс - это не только экономическая, но и военная интеграция, ОДКБ, например. И Россия стала все больше воспринимать Запад как угрозу.
Угрозу, которая не только подошла к ее границам, но еще и играет на ее территории, поддерживает какие-то политические силы (это особенно проявилось в случае с Украиной, «оранжевой революцией, а потом Майданом). В результате Россия стала все больше снова ощущать себя имперской страной со своими преемственными геополитическими интересами. А так как Запад эти интересы не признает и признавать не очень собирается, то произошло и обострение отношений с Западом.
Оно начало складываться после Ирака, хотя первые очень существенные признаки появились после Югославии; потом, к 2007 голу, была уже Мюнхенская речь Путина. 2008 год - это уже война на Кавказе, признание Абхазии и Южной Осетии; 2014 год - это Украина, Крым и все прочее. То есть Россия не согласилась с тем местом, которое ей было предложено, и поэтому возник очень серьезный конфликт. Он носит системный характер, и разрешить его в будущем вряд ли удастся. У нас уже есть достаточно распространенная формулировка, что если завтра Алексей Навальный станет президентом России (ну, бросит ему кто-то волшебную палочку), то он тоже Крым не отдаст. Что уж говорить о других возможных вариантах.
Поэтому войны имеют достаточно серьезные основания - и религиозные, и этнические, и геополитические.
Главы регионов, которые идут на перевыборы, в 2026 г., вероятно, улучшат свои результаты. Об этом говорится в докладе Фонда развития гражданского общества (ФоРГО) «Выборы в тени», с которым ознакомились «Ведомости». Прямые губернаторские выборы пройдут в восьми регионах: Пензенской, Брянской, Белгородской, Тверской, Ульяновской областях, Мордовии, Туве и Чечне. По мнению авторов доклада, обстоятельства, потенциально способные осложнить избрание кандидатов, возможны только в приграничных Белгородской и Брянской областях, где весной сменились губернаторы.
Комментарий Ростислава Туровского:
На губернаторских выборах динамика, скорее всего, будет смешанной, как это было и год назад, говорит вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский: «Некоторые главы смогут улучшить результаты в сравнении с самими собой или предшественниками, а у некоторых они будут хуже». На выборах в заксобрания можно прогнозировать такую же тенденцию, полагает он: «Но вряд ли динамика результата будет резкой в ту или иную сторону». →
Как стало известно «НГ», до конца этой недели представители «Яблока» планируют подать на решение Верховного суда (ВС) РФ о снятии партии с выборов апелляцию в Апелляционную коллегию Верховного суда. Как стало известно «НГ», если партии Григория Явлинского не разрешат вернуться в предвыборную гонку, она подаст иск в Конституционный суд (КС).
Комментарий Алексея Макаркина:
Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин сказал «НГ», что хотя «Яблоко» сняли с выборов по формальным основаниям, этот политический прецедент должен быть тревожным для всех партий. «Хотя у нас нет прецедентного права, на таких же основаниях в будущем могут снять список любой партии. И так было минное политическое поле для политструктур во время выборов, а сейчас оно станет еще опаснее. Причем под удар, как ни странно, в первую очередь попадут одномандатники, а потом уже списки партий», – заметил он. Эксперт отметил, что кандидатам придется провести ревизию содержимого своих соцсетей со времени начала кампании. «Ситуация абсурдна до того, что если кто-то процитировал Цицерона, встанет вопрос: это можно или стоит искать его потомков, чтобы спросить разрешение? Перекос в сторону государственного регулирования по сравнению с правами граждан явный», – считает Макаркин. →
В мире появился новый военный альянс. Три наиболее влиятельные страны мусульманского мира – Турция, Пакистан и Саудовская Аравия – подписали соглашение о совместной обороне. Согласно документу, вооруженное нападение на одну из трех стран будет считаться атакой на всех участников альянса. «ФедералПресс» поговорил с экспертами по Ближнему Востоку о том, к чему готовятся члены этого альянса и может ли новое объединение угрожать России.
Комментарий Алексея Макаркина:Заместитель директора Центра политических технологий Алексей Макаркин подчеркивает, что пока непонятно, как альянс будет действовать в случае реальной военной агрессии. →
Верховный суд 10 августа рассмотрит иск партии «Родина» (ее председатель Алексей Журавлев является депутатом Госдумы, входит во фракцию ЛДПР) об отмене регистрации списка «Яблока» на выборах в Госдуму. Ответчик получил документ вечером в пятницу, 7 августа, сказал «Ведомостям» один из лидеров партсписка Иван Большаков. «Родину» в осуждении «Яблока» активно подержали все думские партии, кроме «Единой России» и «Новых людей».
Комментарий Алексея Макаркина:В случае если списки «Яблока» с выборов снимут по инициативе другой партии, это может стать прецедентом, говорит первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. Обилие аргументов со стороны «Родины» играет на руку истцу: даже если большинство позиций будут неубедительными, суду достаточно одного подтвердившегося факта нарушения законодательства, для того чтобы снять «Яблоко» с выборов, говорит Макаркин. →
Миграционный кризис в Сеуте, испанском эксклаве на африканской стороне Гибралтара, создал медийную картину, о которой европейские крайне правые могли только мечтать. Тем временем, продолжающиеся разговоры о случившемся испытании ЕС на прочность, поиски виноватых и скрытых пружин кризиса лишь отвлекают публику от важного последствия шока, испытанного населением ЕС, то есть мощной эмоциональной поддержки, которую получила аргументация крайне правых партий накануне достаточно важных выборов. Первые из этих выборов, в Германии, состоятся уже в сентябре.
Комментарий Алексея Макаркина:То есть когда мигранты ринулись на Сеуту, у марокканцев не было больших стимулов для того, чтобы им сильно мешать. Испанцы сейчас не хотят идти на конфликт, они заинтересована в сотрудничестве. Но здесь много факторов, и сближение Испании с Алжиром могло вызвать охлаждение в отношениях с Марокко и индифферентность марокканских силовиков. И этот вариант, на самом деле, уже не конспирологичен, он обсуждается в качестве одной из возможных версий. →
По данным Фонда «Общественное мнение», уровень тревожности среди наших граждан достиг 57% - это максимум за год наблюдений. Между тем власть не дает содержательных комментариев по поводу таких угроз последних дней, как удары по складам популярного маркетплейса, воскресный теракт в ресторане в Москве. На какие вызовы власть не может или не хочет отвечать?
Комментарий Алексея Макаркина:Алексей Макаркин вице-президент Центра политических технологий - У нас нет единого общества, где можно говорить на одном языке и слышать друг друга. В советское время по ключевым темам тоже не было диалога с обществом - был монолог государства. Сейчас то же самое. И на вызовы власть реагирует как умеет. Например, вводит ограничения интернета. →
Центральная избирательная комиссия официально зарегистрировала федеральный список партии «Яблоко» для участия в выборах в Государственную думу. В окончательную версию списка вошли 269 кандидатов, распределенных по 70 региональным группам.
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин отметил три причины: высокое качество документов, многолетняя «укорененность» партии в федеральной политике (с 1993 года) и, по данным соцопросов ФОМ, ее невысокая поддержка (около 1%), что делает ее прохождение в Думу маловероятным. →
Президент Владимир Путин 5 августа в Кремле встретился с врио главы Белгородской области Александром Шуваевым. Губернатор рассказал о первых шагах после назначения на должность. «Ежедневно объезжаю муниципальные округа, за два с половиной месяца уже все объездил. Конкретно: разговариваю с жителями, выявляем все проблемы, и уже согласно перечню поручений все исправляем, какие есть пожелания или какие-то неисправности в любом месте», – сообщил Шуваев.
Комментарий Ростислава Туровского:После назначения на позицию врио Шуваеву необходимо в очень короткие сроки сформировать привлекательный имидж, считает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский: «Задачу усложняет тот факт, что надо еще и отличаться от своего предшественника, который не один год работал в публичном пространстве и успел запомниться жителям региона своей активной позицией». Поддержка со стороны главы государства – это очень важный имиджевый ресурс для Шуваева, полагает Туровский. →
Десятки тысяч марокканцев 30 июля прорвались на территорию испанского эксклава Сеута в Северной Африке. Уже к 1 августа практически все они покинули город. Но, как считает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин, эффект от этой локальной истории носит куда более масштабный характер и может повлиять на политическое будущее Евросоюза.
Комментарий Алексея Макаркина:Так что проблема имеет как внутрииспанское, так и европейское измерения. В следующем году в Испании пройдут парламентские выборы – и фотографии из Сеуты будут использованы против социалистов. Их уже критикуют и правоцентристы из Народной партии, и правые из партии Vox. Тем более что они соперники на выборах, но возможные союзники после них. В 2023 году им немного не хватило для парламентского большинства, в 2027-м они могут его получить. →
В четверг, 30 июля, высматривая в воронке среди полей под Люблином то, что, как сообщили из Киева, там должно было быть, польский премьер-министр Дональд Туск поднял в беседе с журналистами перспективную тему. Он сказал, что с точностью 50 на 50 «следующие 100 дней станут решающими» для судьбы конфликта на Украине. И обосновал этот прогноз тем, что это все абсолютно понятно.
Комментарий Алексея Макаркина:Польша сейчас на двадцать первом месте по номинальному ВВП в мире. Это называется даже «польское чудо». Этого уровня они достигли в 2025 году. Соответственно растут амбиции, в том числе в рамках Европы. Тут можно усмотреть парадокс, потому что крайне правые обычно поднимаются в условиях экономических проблем, кризисов, трудностей, там популизм и так далее. Но на самом деле не всегда так. Если посмотреть, триггером там стала не Украина. Основа закладывалась до этого. И эта основа – как бы самоутверждение Польши в Европе – не просто как одной из центральноевропейских стран, наряду с другими, которые должны слушать старших, Германию и Францию, а как страны, которая претендует на роль одного из центров влияния в Европе. Но при этом амбиции, в то же время, совмещены с представлением о том, что Россия – это угроза. И эти амбиции будут, и эти представления будут оставаться дальше, и они как-то будут комбинировать одно с другим. →
