23/01/2018
Турецкие войска не уйдут из Сирии, пока в районе Африна не будут уничтожены все террористы, заявил премьер-министр Турции Бинали Йылдырым. Президент Турции Реджеп Эрдоган сообщил, что у Турции есть соответствующее соглашение с Россией и что Турция уведомила другие страны о начале своей операции «Оливковая ветвь» в Сирии.
Комментарий Алексея Макаркина:
Что дальше? А дальше встают проблемы. С одной стороны понятно, что расширение влияния Турции вызывает сильное неприятие не только у курдов, которые втянулись в новую войну, но и у Асада. Асад исходит из того, что он - президент единой Сирии и вся Сирия должна находиться под его контролем. Исходит из того, что раз отец передал ему страну в целостном виде, то и он должен будет передать ее своим наследникам в таком же виде - иначе он будет неудачником, в том числе с точки зрения его собственной алавитской общины.
Поэтому ситуация такова: Турция, по крайней мере теоретически, может войти в столкновение и с Асадом. С другой стороны, почему теоретически? Потому что Россия уже дала понять, что разборки Асада и Эрдогана - их дело, и Россия не будет вмешиваться в конфликт на стороне Асада. То есть Россия, конечно, за Асада. Но она не хочет целиком идентифицировать себя с ним. В тех случаях, где у Асада явно завышенные требования, Россия за него воевать не собирается.
У России есть свой интерес в Сирии - сейчас это вытеснение организации, которая раньше называлась «Фронтом Нусры» (деятельность организации в России запрещена - прим.ред.) из провинции Идлиб. Эрдоган не против этого, потому что «Нусра» воевала и с протурецкой оппозицией Сирии. Соответственно, у России интерес не в Африне, а в Идлибе. Ну, у Асада, понятно, интересы на всей территории Сирии (по крайней мере, декларируемые интересы), но надо быть реалистичным. Так что если Россия не поддержит Асада (она его в ситуации с Эрдоганом не поддержит), то у Асада просто не будет возможностей воевать с Эрдоганом. Потому что без российской поддержки он крайне слаб.
Ну, и, кроме того, возникает вопрос, за кого воевать. Против кого, понятно. Но за кого? Как мы уже говорили, курды отказались подчиняться Асаду. Получается, что воевать надо за них? Это тоже было бы несколько странно. Поэтому прямое столкновение Турции и Сирии может рассматриваться как вариант развития событий, но как вариант довольно теоретический.
Теперь о курдах. Если мы посмотрим на карту, то увидим, что есть территория, которая была взята Турцией в провинции Алеппо в результате операции «Щит Евфрата» в 2016 году; есть Африн, отдельный анклав, и если Турция берет его под свой контроль, ставит там своих оппозиционеров, то она решает проблему западной части потенциальной курдской автономии. Эта часть примыкает к провинции Латакия, населенной в значительной степени алавитами.
Кстати, потенциальный контроль со стороны Турции в алавитской провинции вызывает серьезное неприятие у Асада. Потому что это означает, что турки будут совсем рядом его опорными территориями. То есть понятно, что позиция Асада тут связана не только с желанием сохранить всю Сирию, что невозможно, не только с его завышенными ожиданиями, но речь идет о конкретном интересе. Турки в Африне неприятны для алавитов в Латакии.
А дальше встает проблема территорий, расположенных восточнее земель, которые были взяты турками в результате «Щита Евфрата». В первую очередь это город Манбидж . Это север Сирии, крупный населенный пункт, который контролируется курдами. Эрдоган уже довольно давно, еще перед «Щитом Евфрата», требовал, чтобы курды оттуда ушли. Возникает вопрос по Манбиджу: как будут вести себя стороны. Понятно, что для курдов сдача города неприемлема. Курдов в данном случае поддерживают американцы. И если американцы отступились по Африну, то Манбиджу найти какой-то выход будет сложнее.
Многое будет зависеть от военных успехов Эрдогана в Африне, то есть это все носит небезусловный характер. Хотя премьер-министр Турции уже говорит, что дальше турецкие войска пойдут на Манбидж. Но для этого сначала надо взять Асада, причем взять с потерями, которые не будут носить запредельный характер для турецкой армии.
Да, были переговоры в Женеве, в Астане; будет Конгресс в Сочи. Но как можно договориться, когда позиции сторон диаметрально противоположны? Я имею в виду Асада и оппозицию. Когда мы видим ситуацию с курдами, для которых и Эрдоган - враг, и протурецкая часть оппозиции - враги, и Асад - враг. И о каком компромиссе тут договариваться? Поэтому и перед Африном, перед операцией «Оливковая ветвь» шансов для договоренности было очень немного.
Если бы была такая ситуация, что вот-вот уже договорятся, что уже определили формат компромисса и дело только в решении каких-то второстепенных вопросов вроде того, кого каким министром назначать, было бы понятно, что турецкая операция может все сорвать. А если ситуация такова, что и договариваться неясно, о чем, то, думаю, операция в Африне мало что изменила.
Когда говорится о деятельности правительства России, часто упоминаются конкретные макроэкономические результаты. Сохранение роста ВВП и промышленного производства (обрабатывающие отрасли прибавили в прошлом году 3,6%, что выше прогнозных показателей), увеличение несырьевого неэнергетического экспорта (почти на 9% в 2025 году), низкий уровень безработицы и инфляции. Все это так, но речь идет не только о текущих показателях, но и о целенаправленных инвестициях в будущее, связанных с прогрессом в научно-технической сфере. Такая политика опровергает представление об экономике России как о «бензоколонке» и одновременно демонстрирует возможности государственно-частного партнерства в области технологий, считает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин.
Комментарий Алексея Макаркина:
Во время ежегодного отчета правительства в Государственной думе Михаил Мишустин сообщил, что «в передовых инженерных школах задействованы сотни крупнейших высокотехнологичных компаний, как финансово, так и содержательно». Капиталовложения в эту сферу превысили 51 млрд рублей. →
Президент США Дональд Трамп обошел тему отношений с Россией в своем послании Конгрессу из-за отсутствия у него и у представителей его команды серьезных успехов в вопросе урегулирования украинского конфликта. Об этом в разговоре с Рамблером рассказал политолог, вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин.
Комментарий Алексея Макаркина:«Миссия [спецпосланника президента США] Стивена Уиткоффа продолжится, но о наращивании усилий речи не идет. Трамп исходит из того, что формат, связанный с посредничеством Уиткоффа, [предпринимателя Джареда] Кушнера и других представителей его команды, менять не стоит. США выбрали тот вариант, при котором сейчас в основном обсуждаются технические вопросы. Говорится о том, какие могут быть введены меры контроля в случае заключения перемирия или какого-то соглашения, обсуждается проблематика Запорожской АЭС и так далее. Но ключевой вопрос о территориях был оставлен напоследок… И есть ощущение, что Трамп не хочет связывать соответствующие переговоры со своей персоной, так успеха здесь пока нет. Он может подключится, когда будут достигнуты определенные договоренности, и выступить в роли примирителя», - отметил специалист. →
Московский Музей истории ГУЛАГа закрывается, а на его месте будет открыт Музей памяти, посвященный жертвам геноцида советского народа. По мнению первого вице-президента Центра политических технологий Алексея Макаркина, этот шаг полностью вписывается в новую историческую политику. В России произошло долгое прощание с Европой, которое носит глобальный характер и распространяется на самые разные сферы.
Комментарий Алексея Макаркина:Навсегда ли разошлись Россия и Европа? В истории слово «навсегда» вообще употребляется крайне редко, в политике – тоже. Вспомним отношения России и США при Байдене и Трампе – они различны, хотя и не столь сильно, как иногда кажется. История России, начиная с Петра Великого, – это история европейской страны; географическую близость тоже никто не отменял. Но искать точки соприкосновения будет намного сложнее, чем в 1980-е годы. →
Председатель законодательного собрания Санкт-Петербурга, секретарь регионального отделения «Единой России» Александр Бельский обсуждается как лидер региональной группы единороссов по Санкт-Петербургу на выборах в Госдуму, рассказали источники «Ведомостей. Нынешний губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов список единороссов в Северной столице на думских выборах не возглавлял и в 2021 году. Для «Единой России» Санкт-Петербург был и остается сложным регионом, поскольку рейтинг партии там заметно ниже общероссийского, говорит вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский.
Комментарий Ростислава Туровского:
«Бельский может считаться одной из наиболее подходящих фигур с чисто формальной точки зрения – он является публичной персоной, занимает крупный пост в городе и при этом тесно связан с губернатором», отмечает эксперт. →
Венгрия и Словакия начали экономическую войну с Украиной Будапешт и Братислава объявили о прекращении поставок дизельного топлива киевскому режиму, пообещав возобновить их после того, как тот вернет подачу нефти по трубопроводу «Дружба». Кстати, Еврокомиссия также настаивает на возвращении данного объекта в строй. Кажется, те близки к окончательной потере статуса страны – транзитера сырья.
Комментарий Алексея Макаркина:«Отношения Зеленского и Орбана испорчены полностью, – комментирует первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. – Это беспрецедентно для отношений Украины с какой-либо страной Евросоюза». →
Польша должна идти по пути создания собственного ядерного арсенала, заявил в интервью Polsat News польский президент Кароль Навроцкий. Что конкретно он имел в виду, так пока и осталось тайной, а основные толкования его слов выглядели малоправдоподобными. Впрочем, весьма похоже, что рациональное объяснение странному выступлению все же существует.
Комментарий Алексея Макаркина:Это не заявление о ближайших намерениях, это скорее демонстрация того, что у Польши в современной Европе большие амбиции. То есть это о том, что Польша может когда-нибудь подойти к ядерному оружию. →
Отвечая на вопросы журналистов, президент России Владимир Путин не раз заявлял, что постоянно размышляет о преемнике, но решать, кто возглавит страну, будет народ. При этом Владимир Владимирович не называл конкретных политиков, что только подогревало общественный интерес.
Комментарий Алексея Макаркина:Заместитель директора «Центра политических технологий» Алексей Макаркин убежден, что политическое будущее Даванкова будет зависеть как от него самого, так и от политических элит. →
И все эти сепаратные договоренности за спиной у избирателей, на мой взгляд, выглядят странно и совсем некорректно. Получается, само голосование выглядит некой формальной процедурой, исключающей конкуренцию кандидатов и их программ. А потом удивляемся, почему население не проявляет интерес на местах к муниципальным и региональным выборам, где все решается не на избирательных участках, а в кабинетах «кураторов» кампаний.
Комментарий Ростислава Туровского:Практика целенаправленного распределения округов между конкурентами «Единой России» впервые была апробирована на выборах 2016 г., напоминает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский: →
Лидер «Справедливой России» Сергей Миронов сообщил, что попросил Совет безопасности РФ оценить действия Роскомнадзора по замедлению Telegram. В КПРФ готовят по тому же вопросу запрос к Минцифры. Левые фракции указывают, что Telegram – это канал связи и на линии фронта, и в пограничных регионах. Прежние борцы с блокировками интернет-ресурсов – «Новые люди» вдруг решили отмолчаться. Лозунг «За свободный интернет!» мог бы разогреть протестные слои электората, но системным партиям, похоже, не рекомендованы призывы, несистемные, с точки зрения власти.
Комментарий Алексея Макаркина:В свою очередь первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин заметил «НГ», что «ни у одной партии, в том числе и «Яблока», не будет монополии на отстаивание цифровых прав и свобод граждан». Так что скорее всего четыре партии – кроме ЕР и ЛДПР и продолжат тему защиты интернета: «Вопрос только в том, в каком виде и по каким поводам, а также – в каких выражениях. Например, тон может быть как нейтральным, так и более острым или менее острым». Макаркин предположил, что те же «Новые люди» будут выражаться осторожнее, тогда как коммунисты – жестче. Поведение же эсэров и яблочников на сегодняшний момент до конца невозможно просчитать. →
Власти Израиля выдвинули новые требования к Ирану по потенциальной ядерной сделке. Политик хочет, чтобы из страны был вывезен весь обогащенный уран, а также мощности по его обогащению. Кроме этого, Нетаньяху призвал Тегеран демонтировать «ось зла» и ограничить действие ракет 300 километров. Заместитель директора «Центра политических технологий» Алексей Макаркин уверен, что израильский премьер озвучил требования президента США к Ирану, которые в текущих политических условиях мало выполнимы. Политолог считает, что любой сценарий развития событий плох для Тегерана и может окончиться войной на Ближнем Востоке.
Комментарий Алексея Макаркина:«Требования Нетаньяху к Ирану – не только запрос Израиля, но и позиции США – по ядерной программе, ракетам и поддержке антиизраильских сил на Ближнем Востоке. Для Ирана почти все неприемлемо. Тегеран готов к сделке вроде той, что была при Обаме, но только по ядерной программе с правом на мирный атом в ограниченном масштабе. Дональд Трамп эту сделку раскритиковал как невыгодную для Америки, разорвал ее и не хочет повторять. →
