07/02/2018
6 февраля Еврокомиссия опубликовала план самого значительного расширения ЕС за два десятилетия. Речь идет о вступлении в Евросоюз Албании, Черногории, Сербии, Косово, Македонии, а также Боснии и Герцеговины.
Комментарий Алексея Макаркина:
В Европе сейчас существует очень сильное евроскептическое движение: люди настроены не только против приема в ЕС новых членов, но и за выход старых. То есть целым рядом политиков ставка делается на то, чтобы обособиться. Соответственно, Брекзит стал стимулом для этих политиков - стали появляться предложения по выходу других стран. И тут началось самое, пожалуй, интересное: когда эти предложения пошли, то началась обратная реакция.
Мы сейчас воспринимаем то, что происходит в Евросоюзе в контексте его ослабления. На самом деле это не совсем так, точнее - не только так. Да, пошла обратная реакция. Когда мадам Ле Пен во Франции на выборах сказала, что нужно отказаться от евро, это стало одной из причин того, что она получила меньше голосов, чем ожидалось. Потому что люди уже привыкли к этой реальности, люди боятся возвращения к национальным валютам. В Англии этой темы не было - там никогда не использовался евро, всегда ходили фунты. Во Франции же эта идея сразу вызвала страх.
Можно вспомнить историю с Грецией: когда там был пик кризиса, внутри страны были идеи возвращения к драхме. И, кстати, тогда и в Евросоюзе были мысли о том, что, может, стоит Грецию вытолкнуть, «сбросить с корабля» как полностью безнадежную. Но и в Евросоюзе, и в Греции возобладала другая точка зрения - что это будет слишком большим риском для обеих сторон, и для Европы, и для Греции.
Дальше появляется президент Франции Эмманюэль Макрон, который предлагает идею «Европы на разных скоростях». Эта идея парадоксальным образом ведет не к сокращению Евросоюза, а, напротив, к его увеличению. То есть Макрон предлагал использовать разные подходы к разным участникам ЕС, сделать их более дифференцированными. Чтобы подход, например, к Франции и Германии отличался от подхода к странам Центральной Европы уже на уровне критериев.
Эта идея оказывается интересной. А есть и еще одна тема: тема того, что делать с Балканами. Ведь расширение Евросоюза во многом проходило в связи с тем, что у многих в Европе был страх перед неуправляемыми конфликтами. Люди помнили, что было между двумя мировыми войнами, когда была очень серьезной проблема территориальных претензий. Так что активное расширение Евросоюза было связано не только с каким-то завышенным «еврооптимизмом», но и с желанием всех упаковать в некую конструкцию, где они, может быть, и ругались бы, но при этом дело не ходило бы до каких-то серьезных конфликтов.
Ведь, как известно, есть проблема Германии и Чехии (она связана с Судетами), есть проблема Германии и Польши (связана с Силезией), есть проблема Венгрии и Румынии (связана с Трансильванией). В общем, есть множество территориальных проблем - я пока обозначил только какую-то их часть. Так что в Европе был страх, что все эти проблемы вылезут на поверхность - они ведь уже стали вылезать. Например, когда свергали Чаушеску, начались волнения в Трансильвании среди венгерского меньшинства. Ну, понятно: Чаушеску свергали все вместе, а потом стали разбираться, кто чего хочет, и оказалось, что интересы-то разные.
И страх, что все это может привести к каким-то конфликтам и войнам, был очень серьезным. Сейчас эти проблемы в Европе остаются, но они смягчены. Даже, например, приход в Венгрии [премьер-министра Виктора] Орбана не изменил ситуацию принципиально. Да, у Орбана куда более радикальная риторика, чем у его предшественников; да, он считает себя покровителем вех венгров, где бы они ни жили. Но при этом он не переходит определенной грани, переход которой приводил бы к какому-то серьезному конфликту.
Сейчас в Европе смотрят на Балканы и видят, что там есть целый ряд стран, которые находятся в своего рода промежуточном положении. Некоторые из них являются членами Североатлантического блока (недавно туда вступила Черногория, например), другие не являются - по разным причинам. Понятно, что этот блок неприемлем для Сербии, которую в 1999 году бомбили, и сербы туда не пойдут. Есть своя проблема у Македонии, связанная с наименованием страны и с тем, что это наименование не признает Греция. Сейчас там наметились возможности компромисса - чтобы Македония переименовалась, но не очень сильно, например - в Северную Македонию, Верхнюю Македонию или еще как-то в этом духе. Это вызывает протесты среди немалой части греков: вот только что был большой митинг в Афинах против этого. Но греческое правительство ориентировано на такой компромисс.
В общем, в Европе есть желание завершить процесс интеграции, чтобы не плодить националистов и не давать им новых импульсов. Это один момент. Второй момент связан с фактором России. Идет конкуренция за влияние на Балканах, и Россия может предложить этим странам что-то интересное. Это, в первую очередь, газовые сделки. У России неплохие отношения с правительством Сербии - но для этого правительства все равно приоритетом является европейская интеграция. Если надо будет выбирать принципиально, оно, скорее всего, выберет Европейский союз - оно сделало на него слишком большую политическую ставку. У России были неплохие отношения с бывшим правительством Македонии.
Да, есть проблема Черногории, где Россию обвиняют в том, что она чуть ли не пыталась организовать переворот, чтобы только не допустить прихода Черногории в Североатлантический блок. У России сейчас очень серьезно испорчены отношения с черногорскими властями, притом что исторические симпатии к России в Черногории весьма велики. В общем, там есть желание не пустить Россию, не позволить ей закрепить свое влияние. Вот это - второй момент. Россия выступает в качестве негативного фактора, который способствует тому, чтобы этими странами в ЕС как-то занялись. И дают элитам этих стран такой очень сильный стимул: мол, вы через семь лет будете в Европейском союзе. Но если будете слишком сближаться с Россией, вы не войдете в Евросоюз.
Итак, сейчас действуют два фактора - Европа «разных скоростей», который появился в ответ на евроскептицизм, и фактор противостояния с Россией. Конечно, как я уже говорил, есть проблемы. Я даже не все перечислил. Есть, например, проблема Сербии и Косово: правительство Сербии не может принять решение самостоятельно по тому, делать дальше, - придется обращаться к гражданам за советом, как поступить. Просто принять на себя ответственность сербское правительство не может, потому что в Конституции Сербии так записано. И справиться с проблемой будет непросто. Сербам придется решить, что для них важнее: отказаться от исторической территории или отказаться от вступления в Европейский союз. Потому что без урегулирования косовской проблемы никто в Европейский союз Сербию не будет принимать.
Здесь возможно что угодно: с одной стороны, сейчас в Сербии стараются меньше об этих проблемах говорить, стремятся как-то их забыть. С другой стороны, для представителей старшего, а в немалой степени и среднего поколения отказаться от Косово - это драма, и очень серьезная. Хотя де-факто отказ уже произошел, но все еще сохраняется некая внутренняя надежда, что вот-вот что-то изменится, появятся какие-то новые исторически обстоятельства. Здесь уже нужно согласиться с мыслью, что этого не произойдет. А это очень сложно. Поэтому тут вот такая проблема существует.
Есть также проблема Боснии и Герцеговины, очень сложная, где есть сербы, есть, по сути, сербское государство внутри этой конфедерации, которое, по сути, тяготеет к Сербии. Что, конечно, резко снижает стабильность этого государственного образования.
Есть тема Македонии, даже две связанные с этой страной темы. Одна, как я уже сказал, - это отношения с Грецией. И в обеих странах есть очень серьезные силы, которые выступают против уступок, против компромисса. И если его сторонники говорят, что надо сменить название, отказаться от «Македонии», добавить к ней какое-нибудь прилагательное, потому что они хотят быть в Евросоюзе, в Объединенной Европе, то другая сторона апеллирует к тому, что это унижение, когда ты меняешь название своей страны под давлением. Ну, и в Греции, повторю, очень разные мнения по поводу того, можно ли соглашаться на такой компромисс, где в названии Македонии останется слово «Македония». С этим тоже все очень непросто.
А вторая тема - фактор албанцев, которые в Македонии живут. Сейчас новое правительство Македонии в значительной степени пришло к власти благодаря албанцам. С их помощью оно получило большинство. Соответственно, это привело к большому конфликту - были даже стычки с рукоприкладством между сторонниками прежнего и нового правительств. Так что Европа может получить большое количество проблем в связи с таким расширением. Что, в свою очередь, может способствовать дальнейшему росту евроскептицизма. Так что ситуация очень непростая.
На полях саммита НАТО президент США Дональд Трамп обрушился с жесткой критикой на Испанию, назвав ее «ужасным партнером» по альянсу, общение с которым – «напрасная трата времени». Американский лидер выразил крайнее недовольство тем, что Мадрид не выполняет финансовые обязательства перед блоком, и пригрозил полностью разорвать торговые отношения с королевством. Политолог, первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин в разговоре с Рамблером прокомментировал этот выпад, объяснив мотивы Трампа и оценив реальные последствия его угроз для европейских союзников.
Комментарий Алексея Макаркина:
Говоря о возможных последствиях громких заявлений американского президента, политолог подчеркнул, что реальных рычагов для экономического или политического наказания Мадрида у Белого дома нет, а европейские элиты уже выработали общую стратегию выживания в условиях жесткого давления со стороны Вашингтона. →
В католической церкви обострился старый раскол. Ватикан отлучил представителей братства святого Пия X – ультраконсервативного движения, которое еще с 1970-х не принимает реформы Рима, служит дореформенную латинскую мессу и считает обновление церкви уступкой современному миру. Но сегодня ситуация складывается в пользу раскольников: на фоне правого поворота в западной политике у братства стало больше сторонников и денег, а его риторика оказывается созвучна американскому президенту Дональду Трампу, председателю фракции «Национальное объединение» в Национальном собрании Франции Марин Ле Пен и немецкой партии АдГ. Подробности – в материале «Известий».
Комментарий Алексея Макаркина:По словам первого вице-президента Центра политических технологий Алексея Макаркина, у братства святого Пия X было стремление договориться с Ватиканом, но исключительно на своих условиях. →
«Новые люди» провели 1 июля в Москве предвыборный съезд, определив кандидатов на выборах в Госдуму и представив тезисы, с которыми они пойдут к электорату. Как стало понятно из речи лидера «Новых людей» Алексея Нечаева, они постараются оттолкнуть избирателей от своих соперников в лице ЛДПР и КПРФ. А у «Яблока» теперь уже бывшие думские новички, как оказалось, частично заимствуют политическую риторику. В целом же слет «партии альтернативы», в рядах которой ныне есть и «старые люди», вызвал широкое одобрение – пока не в обществе, а в политтехнологических кругах.
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин подтвердил «НГ», что, судя по тезисам лидера партии, «Новые люди» уже увидели своих ближайших конкурентов в лице КПРФ и ЛДПР, тогда как эсэров они показательно не замечают. «Те же коммунисты борются за городской протестный электорат, пусть это и не их ядро, а периферия. При этом ЛДПР, хотя и не особенно востребована у таких избирателей, занимает высокие позиции в рейтингах партий. А вот СР, несмотря на ее работу с образованным классом, видимо, трогать не разрешили, ведь партия Сергея Миронова и так в полупроходной зоне», – заметил он. →
Страны НАТО не смогли согласовать долгосрочные обязательства по военной поддержке Украины на 2027 год, утверждают зарубежные СМИ. Свидетельствует ли это об ослаблении поддержки Киева, разбиралась Москва 24.
Комментарий Алексея Макаркина:Исходя из логики предыдущих решений, первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин в разговоре с Москвой 24 предположил, что в конечном счете поддержка Украины со стороны НАТО все же будет согласована. →
Международный вояж президента Белоруссии Александра Лукашенко, начавшийся 26 июня в России, продолжился 29 июня встречей в Пекине с председателем КНР Си Цзиньпином. Из сообщений белорусской стороны следует, что помимо РФ и КНР Лукашенко посетит еще три страны в Восточной и Юго-восточной Азии. Страны не называются, а тональность сообщения создает впечатление, что вояж со всеми своими пунктами остановок был подготовлен заранее. Впрочем, это впечатление несколько скорректировал Си Цзиньпин, поинтересовавшийся у гостя, как передает БелТА, прилетел ли он в Пекин прямо из Минска.
Комментарий Алексея Макаркина:-Можно ли делать какие-то выводы относительно этого визита Лукашенко в Пекин на основании того, что известно? →
Эксперты оценили активность партий на прошедшей неделе.
Комментарий Алексея Макаркина:Президент приехал на съезд «Eдиной России» и в очередной раз показал, что это его партия. Хотя в своем выступлении он дал сигнал и остальным парламентским партиям, что они приемлемы для власти. Отождествление с политикой президента для EР важнейший электоральный ресурс. →
Съезд «Яблока» закончился в шесть утра 28 июня выдвижением 412 кандидатов в депутаты Госдумы. Общефедеральную часть списка составили семь человек, чьи имена даже в партии известны не так хорошо, как субъекты РФ, которые они представляют. Это как бы самые «яблочные» регионы страны – Москва, Петербург, Омская, Псковская и Челябинская области. Основатель «Яблока» Григорий Явлинский, который на выборы не идет, еще раз напомнил: проценты и мандаты – не главное. В ходе кампании люди должны увидеть партию альтернативы, ведь только «Яблоко», мол, выступает «за мир и свободу».
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин напомнил «НГ», что в Москве у «Яблока» издавна поддержка выше, чем в целом по стране. Поэтому важно было отметить этот регион, отсюда и выдвижение Гончарова. «Судя по общефедеральной части списка, «Яблоко» посылает избирателям два сигнала: это партия молодежи и партия регионов», – пояснил он. Отказ же от выдвижения Явлинского, как предположил Макаркин, – это все-таки политическое решение, причем продиктованное как объективными, так и субъективными факторами. Объективно основатель партии устал от поражений. И самым демотивирующим опытом были президентские выборы 2018-го, когда Явлинский не смог аккумулировать проевропейский городской образованный электорат, набрав около процента голосов. Макаркин указал, что против «Яблока» играет еще и такой фактор: избиратели не верят, что партия пройдет в парламент. Поэтому часть общепротестного городского электората голосует за думские партии не по принципу идеологической близости, а по принципу политического результата. И, например, в 2011-м «Яблоку» сильно помешала раскрутка «Справедливой России», а в 2021-м – «Новых людей», которые в той же роли выступают и теперь. →
Комментарий Алексея Макаркина:«Заявление Мерца отражает растущие настроения в Европе о необходимости завершения конфликта. Германия, как крупнейшая экономика континента, несет на себе основную нагрузку и заинтересована в стабильности. Однако предложение начать переговоры с Москвой – это только первый шаг. За ним должна последовать конкретная дорожная карта, которую вряд ли поддержат в Киеве или Вашингтоне без серьезных уступок со стороны России. Пока же это скорее сигнал о готовности к диалогу, чем реальный план действий». →
Болгария наложила вето на 21-й пакет санкций Евросоюза против России. Одна из причин – присутствие в нем имени патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Ранее ЕС обнародовал очередной небольшой список ограничений против РФ, в котором впервые появилось имя представителя Русской православной церкви – митрополита Симферопольского и Крымского Тихона (в миру Георгия Шевкунова). Планировалось, что в расширенном пакете будет и глава РПЦ.
Комментарий Алексея Макаркина:Болгария ранее не выступала против ограничений в отношении главы РПЦ. Текущий демарш республики связан со сменой внутриполитического курса, пояснил «НГ» первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. «В Болгарии прошли выборы, на которых победила недавно созданная партия бывшего президента, а ныне премьер-министра Румена Радева. До выборов существовали разные мнения о том, как будет вести себя Радев. Оппоненты обвиняли его в том, что он – сторонник России. Была точка зрения, что он будет вторым Орбаном. Мол, после проигрыша Орбана в Европе не осталось сдерживающего фактора для санкций, но появился Радев. Другие же считали, что у Радева нет таких больших амбиций, какие были у Орбана, и нет близких отношений с Дональдом Трампом или Джей Ди Вэнсом. Радев позиционирует себя как левоцентрист, тогда как Трамп, Вэнс и Орбан – правые. Более того, у Радева не было амбиций, которые бы выходили за рамки Болгарии. Сейчас мы видим, что Радев не блокирует помощь Украине, как это делал Орбан. Радев также не затрудняет обсуждение вопроса о вступлении Украины в ЕС. Эти два момента подчеркивают, что он не станет вторым Орбаном», – считает политолог. →
Вторая мировая война стала поворотным моментом для многих стран, но в России память о ней жива и поныне. Почему же эта война так тяготеет над сердцами и умами россиян?– интересуется автор и поясняет американцам мотивы и обстоятельства, которые им малоизвестны, приводя мнения различных российских экспертов.
Комментарий Алексея Макаркина:«При Путине власти видят в Дне Победы источник легитимности, – говорит заместитель директора независимого Центра политических технологий в Москве Алексей Макаркин. – Это понятно, поскольку наше население считает, что это было важнейшее событие в российской и мировой истории. Другой такой темы, чтобы было такое же единодушие, в России нет». →
